ильно лягнула своего противника, но тот, по всей видимости, даже не обратил на это внимания. Тогда она отчаянным усилием попыталась разжать пальцы, впившиеся ей в горло. Все было напрасно. Несмотря на маленький рост, Гульгулаб обладал поразительной силой. Взгляды их встретились, и при желтоватом свете лампочки Дженнифер прочла в глазах афганца исступленную, почти радостную жажду убийства. Дикий ужас обуял Дженнифер, она закричала:

– Элиас! Элиас!

Прислонясь спиной к стене, она чувствовала, что силы оставляют ее. Поняв это, Гульгулаб сделал резкую подсечку. Она рухнула на пол вместе с ним, так и не разжавшим пальцев. Напрягая все силы, она все же отодрала от шеи левую руку бородача и жадно вдохнула воздух. В то же время она звала на помощь, не особо, прочем, рассчитывая на нее. Проворный, как обезьяна, Гульгулаб вдруг отпустил ее шею. Не дав ей времени подняться с пола, он левой рукой схватил ее за волосы и, вцепившись пальцами правой ей в затылок, рывком перебросил женщину вперед и сунул ее лицом в мешок манной крупы; поставленный на полу.

Застигнутая врасплох Дженнифер почувствовала, как мучная пыль забивается ей в нос и в разинутый рот, заполняет легкие и душит ее.

Она судорожно дернулась и поняла, что скоро умрет. Непомерная тяжесть давила ей на плечи. Усевшись на нее верхом, Гульгулаб обеими руками пригибал ей голову, стараясь как можно глубже вдавить ее в крупу.

В ее легких почти не осталось воздуха. Она попыталась ухватиться за мешковину, но не нашла никакой опоры. Потом выбросила руки себе за спину, но в таком положении оказалась бессильна что-либо предпринять. От крупы жгло глаза, она задыхалась. Дженнифер хотела закричать, но издала лишь слабый стон.

В глазах у нее померкло, отчаяние охватило ее. За что? За что? Неумолимый Гульгулаб не ослаблял нажима рук. Дженнифер чувствовала шеей его дыхание, ровное, как у ребенка. Он убивал ее, как топил бы кошку.
* * *

Элиас Маврос докуривал сигарету на птичьем рынке, с благодушной улыбкой наблюдая изящный танец двух голубей в клетке. Заметив интерес Мавроса, вокруг него завертелся торговец.

– Две тысячи афгани... Или десять тысяч долларов, – вполголоса добавил он.

Насмешливо взглянув на продавца, Маврос пошел прочь, возвестив на прощание трубным голосом:

– Любезнейший, у меня нет денег покупать птиц. Хватило


5  6  7  8  9  10  11  12  13  14