   |
я допроса.
– Это неверно.
Зазвонил телефон, прервав поток брани, изрыгаемой афганским офицером. Он снял трубку, обменялся несколькими словами с незримым собеседником и с недоброй ухмылкой положил трубку.
– В скором времени вы удостоитесь высокой чести, господин Линге. Полковник Дост Тафик пожелал лично снять с вас допрос. Никто еще не мог устоять перед ним. Будет благоразумнее, если вы измените ваше поведение, иначе у вас останутся от Кабула неприятные воспоминания.
Он отдал приказание двум охранникам, которые схватили Малко и выволокли из кабинета. Они непрерывно осыпали его ударами все время, пока вели обратно в камеру. Едва он очутился там, как дверь вновь отворилась и вошел грузный афганец с висячими усами. Он наклонился к Малко, ударил его кулаком по лицу и промолвил по-английски:
– Ахмед был моим другом. Я тебе за него подвески оторву, империалистическая сволочь!
С этими словами он удалился, оставив в камере Малко с разбитым в кровь лицом.
* * *
По длинному коридору Наталью провели в просторное помещение, стены которого были увешаны картами. Тюремщики обошлись с ней без грубости. Усадив ее в деревянное кресло, ей сковали запястья наручниками за спиной. В комнате находилось несколько хадовских ищеек, о чем-то негромко переговаривавшихся. Казалось, все чего-то ждали. Дверь отворилась, и в комнату вошел лысый чин с большими черными усами и удивительно светлыми глазами, сопровождаемый господином помоложе. Оба уселись за письменный стол, и тот, что помоложе, расстегнул папку. Лысый устремил взгляд на Наталью.
– Я полковник Дост Тафик, – мягко начал он на приличном английском языке, – и руковожу 7-м отделом. Я имею к вам несколько вопросов. Если вы ответите на них удовлетворительно, вас очень скоро освободят. Мы не хотим доставлять неприятности нашим гостям-журналистам...
– Я не понимаю, за что меня задержали, – твердым голосом объявила Наталья. – В Кабуле я занималась исключительно журналистскими делами и...
Полковник прервал ее речь вежливой улыбкой и склонился над разложенными перед ним бумагами.
– Вас зовут Дженнифер Стэнфорд, и вы работаете в Сиднее, в Австралии, журналистом из разряда "вольных стрелков".
– Совершенно верно.
– Вы прилетели в Афганистан для того, чтобы собрать материал о выводе советских войск и о кабульской жизни.
– Именно так.
– У вас не было никаких
– Это неверно.
Зазвонил телефон, прервав поток брани, изрыгаемой афганским офицером. Он снял трубку, обменялся несколькими словами с незримым собеседником и с недоброй ухмылкой положил трубку.
– В скором времени вы удостоитесь высокой чести, господин Линге. Полковник Дост Тафик пожелал лично снять с вас допрос. Никто еще не мог устоять перед ним. Будет благоразумнее, если вы измените ваше поведение, иначе у вас останутся от Кабула неприятные воспоминания.
Он отдал приказание двум охранникам, которые схватили Малко и выволокли из кабинета. Они непрерывно осыпали его ударами все время, пока вели обратно в камеру. Едва он очутился там, как дверь вновь отворилась и вошел грузный афганец с висячими усами. Он наклонился к Малко, ударил его кулаком по лицу и промолвил по-английски:
– Ахмед был моим другом. Я тебе за него подвески оторву, империалистическая сволочь!
С этими словами он удалился, оставив в камере Малко с разбитым в кровь лицом.
* * *
По длинному коридору Наталью провели в просторное помещение, стены которого были увешаны картами. Тюремщики обошлись с ней без грубости. Усадив ее в деревянное кресло, ей сковали запястья наручниками за спиной. В комнате находилось несколько хадовских ищеек, о чем-то негромко переговаривавшихся. Казалось, все чего-то ждали. Дверь отворилась, и в комнату вошел лысый чин с большими черными усами и удивительно светлыми глазами, сопровождаемый господином помоложе. Оба уселись за письменный стол, и тот, что помоложе, расстегнул папку. Лысый устремил взгляд на Наталью.
– Я полковник Дост Тафик, – мягко начал он на приличном английском языке, – и руковожу 7-м отделом. Я имею к вам несколько вопросов. Если вы ответите на них удовлетворительно, вас очень скоро освободят. Мы не хотим доставлять неприятности нашим гостям-журналистам...
– Я не понимаю, за что меня задержали, – твердым голосом объявила Наталья. – В Кабуле я занималась исключительно журналистскими делами и...
Полковник прервал ее речь вежливой улыбкой и склонился над разложенными перед ним бумагами.
– Вас зовут Дженнифер Стэнфорд, и вы работаете в Сиднее, в Австралии, журналистом из разряда "вольных стрелков".
– Совершенно верно.
– Вы прилетели в Афганистан для того, чтобы собрать материал о выводе советских войск и о кабульской жизни.
– Именно так.
– У вас не было никаких
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107