   |
спрямил стан и пророкотал:
Еще немного, и мы победим! На нашу сторону переходит все больше людей!
Не считая нужным скрывать свои убеждения, он давал пищу дружеским шуткам собратьев по перу, которые с уважением относились к этому мужественному человеку, которого несколько месяцев назад ранило осколком ракеты, когда он, сидя в танке, сопровождал выполнявшие боевую задачу части правительственных войск. Этот, по крайней мере, был последователен в своих убеждениях.
Между сторонниками моджахедов и приверженцами кабульского правительства разгорелся спор. Ссутулившийся на табурете у бара Маврос помалкивал, лукаво усмехаясь. Некоторое время спустя он вмешался вдруг в перепалку:
– Если поставите коньяку, узнаете кое-что любопытное!
– А что? Что такое? – загомонили журналисты. Корреспондент Би-Би-Си сделал знак бармену, и тот подал бутылку "Гастон де Лагранжа". Неторопливо наполнив пузатый бокал золотистым напитком, Элиас Маврос таинственно объявил:
– Со мной в такси ехала классная девица! Она из Австралии и совершенно одна!
– Да где же она? – вскричал оператор французского телевидения, известный всем бабник, прочно обосновавшийся перед бутылкой виски "Джонни Уокер".
Элиас Маврос оборотился к дверям бара и театрально возвестил:
– А вот и она!
Все повернулись в ту сторону и увидели стоящую на пороге Дженнифер Стэнфорд. Переодевшись с дороги, она предстала взорам в сверхкоротком шерстяном платье и сапожках на высоком каблуке. Понимающая улыбка играла на ее правильно очерченном лице. Наступило молчание, заряженное нехорошими мыслями высокого напряжения.
Оператор слез с табурета у стойки, подошел к молодой женщине и протянул ей руку:
– Жак Моргэн, Пятый канал. Что будете пить?
– Дженнифер Стэнфорд из Мельбурна. "Куантро", если найдется.
– Милости просим!
Дженнифер Стэнфорд устроилась за стойкой. Бармен тотчас поставил перед ней порцию "Куантро" с толченым льдом.
Элиас Маврос подхватил свою холщовую сумочку и распрощался с коллегами. Как всегда к вечеру, мороз усилился. Он дошел до стоянки такси, в конце небольшого спуска от гостиницы. Где-то вдали протрещала очередь, выпущенная из легкого стрелкового оружия, не нарушив чувства глубокого покоя, слетевшего на его душу. Он был счастлив тем, что в конце долгого пути партийного активиста сослужил последнюю службу Советскому
Еще немного, и мы победим! На нашу сторону переходит все больше людей!
Не считая нужным скрывать свои убеждения, он давал пищу дружеским шуткам собратьев по перу, которые с уважением относились к этому мужественному человеку, которого несколько месяцев назад ранило осколком ракеты, когда он, сидя в танке, сопровождал выполнявшие боевую задачу части правительственных войск. Этот, по крайней мере, был последователен в своих убеждениях.
Между сторонниками моджахедов и приверженцами кабульского правительства разгорелся спор. Ссутулившийся на табурете у бара Маврос помалкивал, лукаво усмехаясь. Некоторое время спустя он вмешался вдруг в перепалку:
– Если поставите коньяку, узнаете кое-что любопытное!
– А что? Что такое? – загомонили журналисты. Корреспондент Би-Би-Си сделал знак бармену, и тот подал бутылку "Гастон де Лагранжа". Неторопливо наполнив пузатый бокал золотистым напитком, Элиас Маврос таинственно объявил:
– Со мной в такси ехала классная девица! Она из Австралии и совершенно одна!
– Да где же она? – вскричал оператор французского телевидения, известный всем бабник, прочно обосновавшийся перед бутылкой виски "Джонни Уокер".
Элиас Маврос оборотился к дверям бара и театрально возвестил:
– А вот и она!
Все повернулись в ту сторону и увидели стоящую на пороге Дженнифер Стэнфорд. Переодевшись с дороги, она предстала взорам в сверхкоротком шерстяном платье и сапожках на высоком каблуке. Понимающая улыбка играла на ее правильно очерченном лице. Наступило молчание, заряженное нехорошими мыслями высокого напряжения.
Оператор слез с табурета у стойки, подошел к молодой женщине и протянул ей руку:
– Жак Моргэн, Пятый канал. Что будете пить?
– Дженнифер Стэнфорд из Мельбурна. "Куантро", если найдется.
– Милости просим!
Дженнифер Стэнфорд устроилась за стойкой. Бармен тотчас поставил перед ней порцию "Куантро" с толченым льдом.
Элиас Маврос подхватил свою холщовую сумочку и распрощался с коллегами. Как всегда к вечеру, мороз усилился. Он дошел до стоянки такси, в конце небольшого спуска от гостиницы. Где-то вдали протрещала очередь, выпущенная из легкого стрелкового оружия, не нарушив чувства глубокого покоя, слетевшего на его душу. Он был счастлив тем, что в конце долгого пути партийного активиста сослужил последнюю службу Советскому
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107